29 родов, снаряжающих в битвы тумэн и более всадников, сидели полукругом на мягких коврах подле своего правителя, не сводя с него внимательных и почтительных взглядов, не смея даже облокотиться на располагающие в другое время к отдыху и лени подушки. По правую руку от инала расположился мудрый, как сама жизнь, и седой, как снега вершин священного пятиглавого Пургуса13, столетний советник Кёнгир. По левую руку правитель собственноручно усадил еще довольно молодого, мало кому знакомого воина, приплывшего накануне на почти разбитом о подводные камни маленьком плоту по реке Адарчын14. На пути к ставке инала, к городу Барсхан, смертельно бледный сейчас от потери крови и сил лазутчик преодолел вражескую засаду и множество яростных порогов. Три догнавших его стрелы выпили много крови, но воин доплыл по рвущейся из узкого каньона западного Кёгмена15 в просторы Койбальской16 степи горной реке. Однако сейчас жизнь его неумолимо уносила четвертая стрела, с черным опереньем и белым костяным наконечником, лишь слегка оцарапавшая бедро. Молодой воин уже знал свою судьбу, поэтому на его лице запечатлелась не улыбка гордости за совершённое, а скорбная печать прощания с этим миром. Еди-инал собственноручно положил на блюдо воина нежное мясо, сам налил в его чашу прохладный айран17 – ибо он, в отличие от других сидящих в шатре, знал, что та крохотная капелька яда змеи-эфы из наконечника стрелы, несмотря на все усилия лучших знахарей, позволит воину увидеть не более ещё одного-двух солнечных восходов. Даже если он герой и принес в родную степь такое важное известие, даже если он настоящий маатыр, самой высокой ценой – ценой 13Гора-двухтысячник Борус, видимая со значительной территории Койбальской степи. 14Старинное название реки Абакан, левобережного притока Енисея. 15Древнее название Саянских хребтов – Западного и Восточного Саяна. 16Степная территория в междуречье Абакана и Енисея. 17Сквашенное коровье молоко.
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw