37 – Да! Да! Именно так! – зазвучало под сводом шатра множество голосов. Почтительно замолчавший при первых же словах Кёнгира Еди-инал снова обратился к охотнику: – Так ответь мне, Оспаар, знающий все звериные и человеческие тропы в тайге и в горах, сможешь ли ты сохранить эти сокровища для нашего народа, для будущих поколений? Я понимаю, что это нелегко. Вот этот воин, который сейчас угасает от действия змеиного яда, самолично видел, как седлали коней две сотни «красных волков» – лучших воинов из личного тумэна каана. Во главе их глаза и уши Чингис-хана, хитрая лиса и беспощадный ирбис27 в одном лице – тысячник Егудэй. Они будут мчаться на своих быстрых скакунах впереди и по сторонам тумэна Бухи-нойона, вынюхивая добычу, словно настоящая волчья стая. И не было случая, охотник Оспаар, чтобы Егудэй со своими «красными волками» не исполнил приказа своего повелителя… – Страшный Егудэй, этот преданный пес каана Тэмучина идет к нам за бесценными кедровыми дощечками, – утвердительно закивал головой седобородый Кёнгир, – а все остальные драгоценности это всего лишь награда его воинам. Понял ли ты это, охотник Оспаар? – Я не пропустил ни одного слова, посадив свое внимание на скачущего коня, – медленно подбирая слова, заговорил старый охотник. – Язык же мой всегда следует пешком и без спешки, чтоб не споткнуться…Далеко в горах у розовых скал, каких немало встречается на Кёгмене, есть скрытая глубоко под землей пещера. Найти ее не сможет ни один человек, в том числе и воины Егудэя, так гордящиеся своими шапками из шкуры красного волка… – Хорошо, Оспаар! – согласился Еди-инал при полном молчании Совета. – Я доверяю твоему твёрдому слову. Завтра утром, на восходе солнца бег Хыят лично отберет 27Снежный барс, живущий на друднодоступных вершинах Саянских гор.
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw