47 забирать лишь половину, а то и треть скота, откормленного на сочных травах, что растут вдоль берегов реки Йенесай. И в котлах их юрт пусть тоже вариться сытное мясо – если не будут лениться, если будут исправно платить албан29 своему повелителю…» Нет, не напрасно Еди-инал всегда ценил советы мудрого советника – старого Кёнгира и, может быть, именно поэтому полностью доверяли ему беги всех подвластных степных родов. Именно благодаря умным советам Кёнгира и поддержке всего народа инал становился воинственным, когда это нужно или, наоборот, вооружался самым действенным оружием – предусмотрительностью. Вот и сейчас он почтительно, внешне даже подобострастно поклонился Бухе-нойону, пригласил в свой большой шатёр, усадил на самое почётное место, стал расспрашивать о здоровье Джучи-хана и его отца, Великого Покорителя стран и народов Чингис-хана. Нойон же, окончательно убедившись, что сражаться не придётся, находился в раздвоенном состоянии чувств. Его не остывший боевой пыл воина жаждал пусть небольшой, но привычно будоражащей душу яростной схватки, жаждал крови поверженных противников и мольбы о пощаде тех, кто остался жив. Так уже было на этой земле пять лет тому назад! В то же время трезвый разум нойона успокаивал: «Пусть в такой победе меньше доблести, зато все воины останутся целы и отдохнут после изнурительного перехода через горы, а их кони быстро восстановят силы на здешних прекрасных пастбищах…» В этом непростом споре сердца и разума военачальник вынужден был всё-таки согласиться с разумом. Приняв окончательное решение в пользу мирных переговоров, Буха облегчённо надул щеки и даже довольно щелкнул пальцами, когда сам правитель кыргызов Еди-инал поднес ему в золотой чаше молодую конину, а в прекрасном золотом кубке прохладный айран. И хозяин шатра, без на29Установленная дань.
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw