75 Казнь он поручил все еще стоявшим у чёрной юрты охранникам, для которых это было вполне привычным делом. Один из воинов опустился на траву поджатой левой ногой и выставил вперед правое колено, двое других, крепких и сильных, молча повалили Седара на землю. Тот не сопротивлялся, и тогда один взял бывшего джагуна за руки, другой за ноги. Егудэй помедлил, как будто раздумывая, а привыкшие беспрекословно подчиняться воины внимательно следили за его правой рукой. Резко опустив руку, Егудэй, не огладываясь, пошёл прочь от чёрной юрты. Он сотни раз видел подобную казнь, поэтому знал, что сейчас воины вскинут тело джагуна вверх и с размаху опустят спиной на выставленное колено. Он только услышал характерный хруст костей позвоночника и короткий вскрик Седара. Перед глазами тут же возникло искаженное болью лицо дочери – и старый Егудэй впервые в своей жизни, наверное, пожалел, что не отменил приказ. А преданно смотревшие ему в спину воины увидели вдруг, как опустилась голова их тысячника, как ссутулилась его спина, и походка из легкой и пружинистой превратилась в старческую. Таким тысячника «красных волков» они видели впервые... Время подгоняло Егудэя. Воины тумэна Бухи непрерывно пригоняли из стойбищ и уже из самых отдалённых аалов десятки и сотни белых скакунов. Скоро, совсем скоро погонят они на запад тысячные табуны в подарок Сотрясателю Вселенной, которому нужно много, очень много прекрасных коней – ведь предстоят новые походы на юг, на запад, на восток... Великий Чингис-хан любит потешить своё сердце видом всесокрушающей лавины его непобедимого войска, ощетинившейся копьями, брызжущей черным облаком стрел, сверкающей взметнувшимся над головами лесом сабель – видом сметающей всё на своём пути могольской конницы...
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw