82 ливого, казавшегося ему никчёмным, человечка, которого он в любой момент мог бы раздавить, как обыкновенную блоху. – А что ты скажешь Великому Чингис-хану, я тоже знаю, – заверил заметно осмелевший китаец. – Ты обещал сделать меня одним из «красных волков»... Фао-Шен недостоин такой чести, но Фао-Шен умеет быть благодарным... Придет время твоей встречи с Потрясателем Вселенной, и я подскажу тебе нужные слова. Повеселевший Егудэй приказал новому джагуну построить два десятка воинов и отдал им все необходимые распоряжения... А ранним утром последние могольские воины – это были две неполные сотни «красных волков» – покидали Койбальскую степь. К крупам двух десятков рассёдланных коней были приторочены тяжёлые кожаные хайи47. Проезжая между кыргызскими юртами, сопровождавшие этот небольшой караван воины весело и достаточно громко переговаривались о том, что здешний правитель Еди-инал может теперь проливать горькие слезы, а его советник Кёнгир рвать в клочки свою седую бороду по поводу пропавших богатств. И несколько раз заводили разговор о том, что кыргызскому парню, младшему сыну Оспаара, указавшему тайник с сокровищами, теперь причитается четверть их. А едущие позади переговаривались между собой, и тоже достаточно громко, что счастливчик Зангир стал знатным человеком и едет сейчас на белом коне рядом с самим Бухой-нойоном. Новый джагун громко и весело прикрикнул на разговорившихся воинов: – Не советую смеяться над тысячником Зангир-оолом! Я не удивлюсь, если сам каан, учитывая заслуги, назначит его вскоре темником или даже начальником «красных волков»! – Да, сказочно повезло этому парню, простому охотнику! – громко поддержал джагуна сам Егудэй и восхищённо зацокал языком… 47 Перемётные сумы.
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw