93 сия. Однако браконьерскую специальность гробокопателя ты уже освоил в полной мере. – Это, как я понимаю, замаскированное оскорбление падшей личности? – подала голос из палатки Татьяна. – Ничуть! Была, Семён, такая профессия, по теперешним понятиям браконьерская, – сел на своего конька Капитоныч и даже тетрадь, в которой делал какие-то записи, отложил в сторону. – Сколачивали артель, находили не раскопанный курган, сверху били колодец – «дудку» по-тогдашнему, а потом беспардонно грабили захоронение. – Чего там грабить: черепки да допотопные ножи бронзовые? – искренне удивился Семён. – Не скажи. Одно время по вине бугровщиков в Красноярске даже золото обесценилось. Историк Сибири Миллер писал в начале восемнадцатого века: «В здешних курганах найдено столько золота и серебра, что, по словам красноярского воеводы, золотник чистого золота продавался по девяносто копеек». Так-то вот... Зато ныне, в нашем просвещённом веке, ещё ни одному археологу не удалось найти в Сибири неразграбленный курган... Об истории здешних мест Капитоныч любит рассказывать: увлечённо и всегда очень интересно. Семён эти рассказы впитывает, словно губка, – будет чем потом друзей в общежитии удивить. Плеснув в кружку кипящий чай, Семён стал старательно на него дуть. – Да-а, ты бы хоть огурчик малосольный из дома принёс, – поморщился археолог, – а то возле тебя даже закусить захотелось! – Всего-то по стаканчику вина выпили, – стал оправдываться Семён. – Друг детства из армии вернулся, зашли компанией к нему домой… – По твоему виду не скажешь, что вчера одно лишь вино пили, – археолог неодобрительно покачал головой. – Смотри, Семён, не то помрёшь прямо в раскопе, а лет через триста
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw