151 Сначала от пропахшего бензином провианта бойцы носы воротили, а потом ничего, на ура уплетали! Так деревенская хозяйская жилка прадеда помогла прокормить целый батальон, примерно 300 человек. 2-й эпизод В другом эпизоде, который прадед Михаил поведал своему сыну, моему деду, был случай о его чудесном спасении от неминуемой смерти. Действие вновь происходило под Доном. Фрицы и красноармейцы сражались в городе: немцы – на одной стороне улицы, наши – на другой. Выдался период затишья. Все сидели в обороне. Тишина. Кое-где слышались выстрелы. В то время советское вооружение только-только пополнилось пистолетом-пулеметом Шпагина, у которого был объемный диск, выдававший очередь из 72 патронов. Солдаты назвали его «пулемет ПОПЫША». Прадед попросил у командира разрешения испытать новинку в деле. Встал под дерево и выпустил полдиска в сторону немецкой амбразуры. Вернулся д-о-в-о-л-ьн-ы-й, а командир предложил израсходовать оставшиеся в диске патроны. Прадед вернулся на исходные позиции, но выполнить задание не успел. Всполошившиеся стрельбой немцы быстро выставили на позицию снайпера, который стрелял разрывными пулями. Прадеда спасла веточка дерева, за которым он прятался. Снайпер целился прямо в голову противника, но пуля ударила в веточку дерева и, как маленькая бабочка, тут же разорвалась в десяти сантиметрах ото лба прадеда, на всю жизнь оставив отметину в виде пятиконечной звезды. Михаил был контужен и два дня отлежал в госпитале. Тогда все говорили, что он родился в рубашке. Впоследствии сама жизнь подтвердила правоту этих слов. 3-й эпизод 15 ноября 1941 года. Отступать было некуда. За нами Москва! От Тулы до Москвы оставалось примерно 60 км. Сталин издал приказ: «Ни шагу назад!» Прадед четыре дня без сна и отдыха сражался с врагом плечом к плечу со своими товарищами. От его полка (примерно в 700 человек) в живых осталось всего 28 ребят!.. Но самое страшное поджидало 28 выживших солдат не на фронте. После тяжелых боев их отправили в тыл набраться сил. Вечером солдаты вышли из машины и пешком отправились к населенному пункту. Ночь застала их в пути. Уставшие бойцы приняли решение заночевать в брошенном блиндаже. Легли почти друг на друга, настолько тесно было и неудобно. Прадед хорошо запомнил эту картину: «Колготились, устраивались удобнее, смеялись, разговаривали. Угомонились за полночь. Я сидя прислонился спиной к промерзшей стенке блиндажа, а ноги вытянул перед собой. Шел мне тогда 30-й год. – Дядь Миш, подогни одну ногу, больно неудобно лежать, – попросил полковой товарищ, совсем мальчишка. Я и подогнул левую ногу под себя, а правую вытянул под его голову: пусть спит парнишка… Взрыва я не услышал, только звенящая пустота в ушах, звезды
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw