Солдаты Победы. Том 10

242 Столыпина переселились в Сибирь. Этот период ты еще будешь изучать по истории. Отец бабушки Ульяны, как она говорила, «з-пид Полтавы». Так вот, эти и другие переселенцы основали село Колмаково в Минусинском районе, куда мы летом и ездим к тете Зине. А моего прадеда Афанасия Ковешникова в Сибирь сослали как бунтовщика. Он спалил барское поместье. Вот такая у нас с тобой, Алешка, родословная. Кстати, моя бабушка Ульяна родила восемь сыновей. Один, правда, умер во младенчестве, а остальные выросли. В деревне говорили, что парни рождаются к войне. Так и случилось. Степан Андриянович сгорел в танке на Курской дуге. Это, Алеша, была великая танковая битва. А вот этот мой дядя, Павел Андриянович, пришел с фронта раненым, зимой 1943 года с братом Андреем Андрияновичем, которого не взяли на войну по состоянию здоровья, поехали в бор за дровами, но что-то в лесу случилось, дядя Андрей замерз сразу, а дядя Павел сумел добраться ползком до деревни и через месяц умер. Александр Андриянович был полным кавалером солдатского ордена Славы, несколько раз ранен, но дед Андриян при жизни ни Александра, ни его орденов не увидел, потому что дядя Александр после войны в деревню не вернулся, остался в городе Куйбышеве, сейчас Самара, а приехал лишь только в начале шестидесятых годов. Бабушка Ульяна еще была жива. А Дмитрия Андрияновича война догнала в 1983 году, через месяц после смерти моего отца. – Как догнала? – недоуменно спросил внук. – После Тюмени, где он осваивал нефть, дядя Митяй приехал в Минусинск, купил там дом, я несколько раз ночевал у него, когда по школьным делам приезжал. А года через два после приезда в Минусинск они с женой доставали картофель из погреба. А когда он вылез с женой из погреба, вдруг упал замертво. Как оказалось, осколок, сидевший в его теле, дошел до сердца и убил его через столько лет после войны. А вот на фотографии младший брат Константин Андриянович. К строевой службе в войну он был не годен, забрали его в трудовую армию, была и такая, но что-то ему нужно было в деревне – отпустили ненадолго. А председатель колхоза Трофим Толок сказал ему, что, мол, Костя, у нас в колхозе тоже трудовой фронт, кузнец нужен. И предложил дяде Косте остаться в селе, а бумаги предколхоза пообещал выправить. Но, видно, ничего не сделал, и дядю Костю арестовали как дезертира. Одним словом, ему светила Колыма. Так дед Андриян написал письмо Михаилу Ивановичу Калинину, по-тогдашнему, считай, президенту СССР. И что ты думаешь, Алеша, освободили дядю Костю. Потом он с семьей переехал в Абакан, работал кузнецом в депо, жил по улице Нагорной, напротив водокачки. Когда я был студентом в Абакане, захаживал к нему, а уходил всегда сытым. – А это твой отец? Смотри-ка, солдаты смеются, – указал внук на одну из фотографий. – Это отец еще до войны, во время действительной службы в городе Спасске на Дальнем Востоке.

RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw