438 г г~ С0 ЛДАТ:ЫаП0 Б Е Д Ы = ^ ^1=*==^ Командир и однополчанин Р.И. Канзычакова напишет родным своего друга: «Незадолго до форсирования Днепра ко мне в подчинение пришел Р.И. Канзычаков на должность командира взвода управления. Я командовал батареей. Всю тяжесть борьбы за плацдарм мы несли с ним вместе. Через несколько месяцев он был назначен командиром второй батареи. Был он смелый, даже раскованно смелый порой. Как комбат проявил себя отменно. В моей памяти он остался всегда шустрый, импульсивный и скорый на достижение поставленной цели». Наградной лист к ордену Красной Звезды подтвердит слова однополчанина: «Тов. Канзычаков, командуя батареей, находился всегда в боевых порядках пехоты, сопровождая пехоту огнем и колесами, уничтожая прямой наводкой огневые точки врага. На правом берегу Днепра в бою в районе Успенское с 14 по 18 октября батарея под командованием т. Канзычакова, находясь на открытой огневой позиции, уничтожила восемь станковых пулеметов, два миномета, одну 75-миллиметровую пушку и подавила огонь минометной батареи. В боях в районе Николаевка - Лозоватка батарея т. Канзычакова разбила прямой наводкой два станковых пулемета и один ДЗОТ. 25 октября 1943 г. т. Канзычаков лично подбил и сжег самоходную пушку „Фердинанд". Достоин награждения орденом Красной Звезды». Вот это «лично подбил и сжег» - как раз о рискованной смелости. Ведь чтобы «лично», надо как минимум самому к орудию встать. Значит - встал. И думаю, не от лихости, а еще и потому, что «бережен к людям». А это была ситуация, когда людей надо было беречь. Они на счету - каждый боец батареи. В окружении врагов. Сам Роман Игнатьевич писал так: «Я никогда не забуду те октябрьские дни 1943-го. Тогда по приказу командования дивизии был переправлен через Днепр ниже города Кременчуг один батальон нашей дивизии для создания плацдарма на правом берегу. Сразу за батальоном ночью, под пулеметным обстрелом, переправили мою батарею для поддержания артиллерийским огнем наступления пехоты. Немцы занимали выгодное положение на высоте, а мы внизу, в лесочке (трудно было вести прицельный огонь). Наши бойцы дрались с противником героически, дело доходило до рукопашных схваток. Правда, плацдарм тогда мы расширить не сумели, по приказу командования были вынуждены отступить, чтобы опять вернуться». Тяжесть ощущается в каждом слове. Да и откуда взяться легкости, если среднесуточные общие потери на Втором Украинском фронте составляли 3530 человек. Маршал Жуков впоследствии писал: «Для тщательной подготовки наступления к Днепру у нас не было возможностей. В войсках обоих фронтов чувствовалась большая усталость от непрерывных сражений. Ощущались некоторые перебои в материально-техническом обеспечении». «Некоторые перебои, усталость и неподготовленность» обошлись армии убитыми и ранеными от 400000 до 1200000 человек. Потери в частях, успевших переправиться за Днепр и вынужденных вести бесконечные бои, составляли до 30 %. Дорогая цена за свободу Украины.
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw