277 – Молодец, Иван, будешь жить, – осмотрев его, сказал врач. Дверь отворилась, вошла белокурая немка с хлыстом в руках. – Зер гут, – вежливо поклонился ей врач, – он в порядке. На другой день она увезла Тимофея к себе на ферму. – Будешь работать здесь, пока не победит Германия. Для него начались новые испытания. Красно-лиловые полосы от ее хлыста не сходили с тела. Сумасбродству не было предела. И вновь начала терзать мысль: надо бежать, но как? Здесь было труднее, чем в лагере. Четверо фашистов с овчарками охраняли ферму день и ночь. Постепенно у Тимофея с хозяином начали складываться хорошие отношения. А вскоре прояснилась и ситуация: фермер был ярый противник фашистов и очень хорошо относился к русским. Они все чаще подолгу рассуждали о будущем Германии. Однажды, очень взволнованный, он отозвал Тимофея в сторону: – У меня для тебя плохая весть: всех военнопленных на следующей неделе специальным поездом будут отправлять неизвестно куда, но есть основания предполагать – в Освенцим. Запомни: в вагоне, в котором будешь ты, наш охранник, пол будет разобран, он подаст сигнал. Дорогой Тимоша, как я надеюсь, что эта поездка не окажется последней в твоей жизни. Возьми эту пуговицу, она – пароль для охранника. …Начинался подъем. Поезд, тяжело пыхтя, снижал скорость. Подошел охранник незаметно, положил руку на плечо – это был сигнал. Все, кто решился на побег, через определенные промежутки времени незаметно уходили к тамбуру. Тимофей осторожно раздвинул доски, внизу мелькали шпалы железнодорожного пути. Он провалился в бездну. – Указом Президиума Верховного Совета СССР лучшему забойщику, одному из первых на нашей 14-й шахте, Тимофею Васильевичу Мущинкину, присвоено звание «Почетный шахтер», – торжественно произнес директор и вручил удостоверение смущенному горняку. – А это от профкома – бесплатная путевка на берег Черного моря и денежная премия в размере тысячи рублей. И еще могу сообщить вам приятную весть: на Девятом поселке строится улица с названием Стахановская, на которой каждому почетному шахтеру будет бесплатно выделен дом. Впоследствии Мущинкин отказался от дома, подарив его семье многодетного шахтера. До выхода на пенсию работал Тимофей Васильевич на шахтах нашего города. Его грудь украшало множество наград разного достоинства за добросовестный труд. Умер он в 1996 году. На его ухоженной могиле часто можно видеть сидящую в горестной задумчивости женщину. Из-под черного платка, повязанного на голове, видны седые пряди волос, по щекам катятся слезы. И глядя на поблекшую, до бесконечности родную фотографию, она тихо шепчет: «Как мне тяжело и трудно без тебя, папа». Петр Кораблин, газета «Черногорский рабочий»
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw