301 рос, учился. Как раз когда он оканчивал школу, Родина призывала молодежь идти в пилоты, нужны были летчики. И юноша твердо решил – его место там, в небе. Быстро пролетели годы учебы, и Георгий самостоятельно повел самолет. Со временем он еще раз убедился в том, что его стихия – небо. Но судьба не слишком была благосклонна к нему. Однажды, когда потолок полета превысил 6000 метров, артериальное давление у Георгия Петровича резко подскочило и из ушей брызнула кровь. Не помогли никакие протесты – врачи были неумолимы. После курса лечения ему не разрешили подняться в воздух. Тогда Георгий Петрович решил посвятить свою жизнь другому благородному делу – воспитанию детей. Будучи директором школ, детских домов, он утешался тем, что дает путевки в жизнь будущим летчикам, инженерам, строителям и людям других профессий, необходимых стране. Когда же фашисты посягнули на завоевания Октября, Георгий Петрович не мог оставаться вне поля боя. Рвался он с самого начала на фронт, но ему не разрешили, заверяли, что в тылу куется победа. И только когда со своей просьбой обратился в облвоенкомат, добился своего. Подготовка была недолгой – надо было защищать Москву. В составе пехоты Георгий Петрович вначале отбивал яростные атаки рвавшихся к Кремлю захватчиков, а потом гнал их от столицы. Тем временем на вооружение поступала все более совершенная техника, и нужны были грамотные люди, чтобы умело управлять ею. Георгий Петрович понял, что больше пользы принесет для разгрома врага, если станет артиллеристом. Батарея – не автомат, не винтовка: уж если попадет в цель, то эффект куда больше. В составе батареи Георгий Петрович прошел долгий боевой путь. Битвы под Белгородом, Курском, Берлином, в Чехословакии надолго запали в его память. – Особенно туго нам пришлось в одной деревушке под Белгородом, – рассказывает он, – немцы окружили и хотели взять нас живыми, измором. Но отважные воины думали по-другому. Они поклялись не сдаться врагу. Многие из группы, попавшей в окружение, подали тогда заявления о вступлении в партию, решили: если погибать, то коммунистами. В числе принятых в кандидаты КПСС был и Георгий Петрович. Два дня бились бойцы, но вышли из окружения. В этом бою Георгий Петрович отличился: подбил немецкий танк и за это был награжден медалью «За отвагу». – Немцы упорно сопротивлялись, – вспоминает Георгий Петрович, – бились за каждый клочок земли. Помню плацдарм на реке Прут. Они несколько раз переходили в контратаки, не хотели, чтобы мы переправились на другой берег. У нашей батареи раскалились стволы. Ценой огромных усилий нам удалось подавить огневые точки. После того как наши войска закрепились на другом берегу, всему личному составу батареи объявили благодарность, и Георгия Петровича досрочно, через четыре месяца, приняли в члены КПСС. – Участвовал я, – продолжает он, – и во взятии Берлина. Но, к сожалению, мне не удалось быть в числе расписавшихся на Рейхстаге. В Чехословакии шли бои, и нас срочно перебросили туда.
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw