378 ухаживают, за то, что пригласили и дали возможность поговорить с Василием, посмотреть на те места, где он жизнь свою закончил… – вытирая слезы, бабушка тяжело поднялась и медленно, будто придавленная тяжелой ношей, вышла из комнаты. Я вновь перевернула страницу: фотография братской могилы воинов, умерших от ран в госпиталях г. Абакана в годы Великой Отечественной войны. Ниже написано: «Подошедшая женщина, повязанная черным платком, поцеловала мраморный памятник, медленно опустилась на колени: – Здравствуй, папа!.. – тихо сказала она, как в детстве. – Вот я снова пришла к тебе. Живем мы хорошо. Вспоминаем тебя часто. Твоя могила ухожена, в цветах. Спасибо людям». Как и мои бабушка и прабабушка, достаю с полки альбом с фотографиями, давно знакомыми. Но разглядываю их уже по-другому. Уходящий в небо обелиск и рядом фигура солдата в полный рост, молодого, стройного, красивого. Таким и представляю себе прадеда Василия Степановича, только с лицом как на другой фотографии: черноглазый, симпатичный, с пытливым взглядом, до боли знакомый. Я же его не видела ни разу! – Да он похож на моих братьев, вернее, они на него, – делаю вдруг открытие. Вновь листаю книгу… 20 одинаковых фамилий… 14, 16… Кто они были? О чем думали? Из письма рядового, заряжающего И.В. Филатова с Курской дуги: «…Не думал, что земля может гореть и трещать. Столько было снарядов в воздухе, что два столкнулись и взорвались. Рвались бомбы. Было так тяжело, что не знаешь, жив ли ты или нет. Такой стоял оглушительный грохот, что у многих кровь текла изо рта и ушей. Однажды меня, как щепку, из одной воронки воздушной волной перебросило в другую…» – Боже! Как страшно. Неужели там можно было выжить?! – ужасаюсь я. В нашем селе тоже живут несколько Филатовых. Взгляд останавливается еще на одном письме. На письме Н.И. Сташкова: «Буду жив – встретимся, расскажу. Если умру, пусть дети знают, что их отец был не трус. Детей жалей, люби. Может быть, это мое последнее письмо. Прошу тебя, сохрани для памяти детям. Знайте, что я вас очень люблю…» «Помните! Через века, через года Помните! О тех, кто уже не придет никогда, Помните! Не плачьте, в горле сдержите стоны, Памяти павших будьте достойны! Р. Рождественский». Но я плачу. Слезы бегут и бегут. Строчки с фамилиями бесконечными, на К, Л, М, Н… сливаются, сливаются. Сколько же вам пришлось пережить?! А руки все перелистывают страницы. «Что мы пережили – расскажет историк. Был сон наш тревожен и хлеб наш горек...
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw