468 брюки и гимнастерки чистили, стирали, сушили, починяли и, аккуратно сложив (не гладили), отправляли на фронт. Победу она встретила с полком в Латвии 17-летней. Об этом ей напоминала медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». У моей мамы, Натальи Ермолаевны, была не менее тяжелая военная молодость, чем у отца. Оба смотрели не раз смерти в лицо, но не ожесточились и не очерствели. Свою любовь встретили как подарок судьбы за пережитое. И эту свою любовь перенесли на нас, первенцев. Я родилась в 1949-м, а брат Гена в 1952 году в том же Гусеве, в военном городке, где отец дослуживал до 1954 года в воинской части в качестве командира отделения. А потом мы приехали всей семьей сюда, в Таштып, построили маленький домик по Гоголя (он и сейчас стоит), работали папа конюхом, мама – в столовой в райпо. Конеферма была на месте сегодняшней бани, а сено готовили всей семьей в Муртах. До сих пор в памяти жизнь в шалашах, сбор ягод, грибов в редкие дни отдыха. Мама и папа работали при торговле, имели возможность баловать себя и нас троих (в 1956 году родилась Таня), но не позволяли себе этого. Нет, конфеток типа «лампасеек» и «подушечек» они понемногу приносили и делили на троих, но излишеств не было. Как сейчас помню праздник, который был в нашей семье, когда папа принес домой один из только-только появившихся в Таштыпе арбузов. Такой он был большой, такой сочный, такой красный, такой вкусный! Вот только быстро закончился. Держали большое хозяйство. Летом собирали грибы, черемуху, ягоду. Что себе на еду, а что солили, сушили, варили и сдавали в райпо или продавали на базаре. На вырученные деньги нас собирали в школу. Ведь форма должна быть магазинной, а стоила она немало и появлялась только перед занятиями. Я свой первый опыт в торговле приобрела на базаре, который был на месте нынешней пожарки. И первым делом на вырученные деньги покупали хлебушка. Отец перед пенсией 12 лет работал кочегаром на хлебозаводе, где надо было не просто уголь в топку кидать, а определенное время держать необходимую температуру, чтобы испечь нормальный хлеб. И есть заслуга моего отца в том, что наш таштыпский хлеб славится далеко за пределами села и района. Долгое время, до последнего, приходили с хлебозавода к папе и маме в дни праздников и юбилеев, благодарили за труд, приносили скромные подарки. И обязательно хлеб, еще теплый и душистый. У папы и мамы много государственных наград, почетных грамот и поощрений отовсюду, но они ими никогда не кичились и не козыряли для получения льгот и привилегий. Они вообще никогда и ничего для себя не просили. Квартиру папе дали уже в последние два с половиной года жизни, а машину он так и не получил. И миллионов не заработали. Но зато они сделали главное – вырастили нас честными и трудолюбивыми, порядочными и неспособными на лукавство. Возможно, умей я хитрить на работе, сейчас жила бы по-другому, но как-то мысли такой не приходило. Ведь с молоком матери, с
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw