469 лаской отца я впитала, как мои брат и сестра, любовь и уважение к людям, законам. Для нас главной опасностью было потерять доверие и уважение людей. Для моих родителей самым любимым и самым главным семейным праздником был День Победы. Ведь он не только спас страну и мир от фашизма, но и свел два любящих и любимых сердца, дал в прямом смысле нам жизнь. Как мне жаль, что папа и мама не дожили до 70-летия Великой Победы! Вот бы они порадовались за своих детей и внуков, пожурили бы их за чрезмерное увлечение всякими электронными игрушками, во многом не дающими развития и жизненной мудрости. И посмотрел бы папа на нас своим строгим и ласковым васильковым взглядом, живость и яркость которого так с годами и не потускнели, обнял бы всех нас… Порадовались бы родители за нас и наказали бы помнить подвиг старшего поколения, чтобы не случилось никогда того на родной земле, что происходит на Украине. Я помню и хочу, чтобы другие помнили. О многом мы поговорили со Светланой Петровной, многое не вошло в этот рассказ, так как было ее, их личное, семейное, но глубоко характеризующее их любовь и уважение к родителям, которые стали для них примером по жизни. К печати подготовил Петр Визул, корреспондент газеты «Земля таштыпская», с. Таштып, Республика Хакасия, 03.04.2015 г. КОМАРОВ ИВАН АФАНАСЬЕВИЧ А МЫ МОЛОДЫЕ, НАМ СЛАДКОГО ХОТЕЛОСЬ Вспоминает Иван Афанасьевич Комаров: – Мне 19 лет было, когда призвали. Нас отправили в Томск, в военный лагерь. Там мы впервые в жизни увидели винтовки. Нам показали, как их заряжать, дали по два патрона, чтобы попробовали выстрелить. Чему могли – научили, а через полтора месяца направили на фронт. С Томска на поезде. Не доезжая до Воронежа, поезд остановился в чистом поле. До передовой пешком. Когда смеркалось, подошли к небольшому леску, там нас ждали лейтенанты, распределили по взводам. Меня поставили минометчиком-наводчиком. Стрелять, заряжать оружие учили, пока не было военных действий. Там же, под Воронежем, первый бой принял. Много друзей погибло тогда. Мы как-то враз повзрослели и поняли – война. А все равно возраст не обманешь. Не помню, в каком селе это было. Это уже на Втором Украинском, после госпиталя. По Украине шли. Навстречу нам вышел дедок, седой такой, борода длиннющая. «Стойте», – говорит. Мы остановились. Старик подошел к ульям, достал рамку с медом: «Нате, сынки, чайку попейте!» Сколько
RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw