Солдаты Победы. Том 10

397 Ехали девочки в Сибирь, чтобы выжить. Это были самые тягостные дни. 27 апреля поезд остановился в Усть-Бюре. Поразили черные горы вокруг. Девочек поместили в больницу, в ту, что и сейчас стоит в нашем селе. Комиссия серьезных женщин осматривала прибывших. Спросили: – Имя? – Тойня. – Что за имя? Будешь Тоня. – Год рождения? – 1926 год, 6 октября. – Мала, худа, 1929-й. Так появились новые имя и год рождения. Леспромхоз взял на довольствие. Кормили хорошо. Но Тойня была полтора года прикована к постели. Другая жизнь у времени здесь, в Усть-Бюре. Девочка жила и про себя не знала, что спрятано у нее глубоко внутри, она не знала своего характера. И это то, что было спрятано внутри, не выдавалось ни словом, ни жестом, ни выражением лица. Она боролась за свою жизнь и жизнь сестры Иры. Только вот не дождалась сестричка Ира летней поры, умерла 7 июня. Пропали деньги и мамино обручальное кольцо. Нашла Ирья приют на местном погосте, по центральной дороге в конце, слева. Тойня знает, что где-то здесь покоится ее сестренка, и в день поминовения разбрасывает там конфеты. Жить хотела девочка, но ее звезда коротко вспыхнула и погасла. Тойня осталась одна в далеком таежном сибирском селе Усть-Бюр. Приютил девочку, при своих четырех детях, директор леспромхоза Яков Осипович Эдельман. Хорошо жила Тойня в этой семье, ей стало легче, она приобрела силу. Время шло, рожденных в 1929 году отправили работать в тайгу, и смелая трудолюбивая девочка не выбирала работу. Сначала жгла сучки в тайге. Хорошо и сноровисто работала, взяли на валку леса. Долго не могла привыкнуть к горам, к таежной хмари, мучил мороз. Но разве это испытание? Вот когда всплывали в памяти картинки: мама, ленточка, железнодорожное полотно… Вот она боль, слезы, но Тойня всегда понимала: надо жить! Война закончилась. И так захотелось Тойне домой, туда, где была семья, родные места. Но с чего начать? Как быть? Осталась рубить сучья. И так 41 год. Красивый труд, умение и желание трудиться – это очень присуще Антонине Николаевне Гапаевой. Всегда говорила героиня рассказа, что люди помогли ей пережить многие потери и боль воспоминаний. Подходишь к экспозиции в школьном музее «Наши земляки в блокадном Ленинграде», дрожь возникает в ногах: лежит скромный знак «Жителю блокадного Ленинграда», нашедший своего адресата не так давно. Сколько у меня в голове пронеслось. А что было с нашей Тойней? Мужественная женщина. О таких надо говорить, писать. Они воспитывают примером своей жизни других. Кажется, прошел достаточный срок, чтобы забыть о войне или, по крайней мере, вспоминать ее лишь по памятным датам. Для мучеников блокады забыть о своих

RkJQdWJsaXNoZXIy MTE4NDIw